Прекрасная френдлента вспоминает про Ночь расстрелянных поэтов. by Tanda

Прекрасная френдлента вспоминает про Ночь расстрелянных поэтов.

Положу сюда несколько своих переводов - стихов тех, кто погиб тогда.

Юлий Таубин, фрагмент из невероятно сильной и страшной поэмы “Таврида” (ссылка на перевод примерно 2\3 поэмы - https://tanda.athome.in.ua/%d0%b8%d0%b7-%d0%bf%d0%be%d1%8d%d0%bc%d1%8b-%d1%82%d0%b0%d0%b2%d1%80%d0%b8%d0%b4%d0%b0-%d0%b7-%d0%bf%d0%b0%d1%8d%d0%bc%d1%8b-%d1%82%d0%b0%d1%9e%d1%80%d1%8b%d0%b4%d0%b0/), перевод с белорусского:

                * ...Погром начинается так:
                на рынке летом пьяный солдат незнакомый
                (рубаха разорвана,
                          в крови борода вся), кричит:
      “последнюю…
                краюшку…
                          хлеба… последнюю…
                хлеба… и на ту обвесили христопродавцы!..”

Тогда —
откуда-то из гущи народа —
человек в надвинутой на глаза шляпе
и с серым мятым плащом
начинает рассуждать
о жидовских происках,
что от них все наши беды-невзгоды,
что указ, дарованный царём,
позволяет бить эту нечисть
и дома их пожечь огнём.

И кричат уже где-то близко:
— Бей
жидов
и сицилистов!
Так начинается погром.

                          * Они к нам повадились, как в курятник лисы, они восстают на батюшку-царя… — Бей
      жидов и сицилистов! — Ур-ра!

Деньги воруют, жён наших тискают,
кидают бомбы в батюшку-царя…
— Бей
жидов и сицилистов!
— Ур-ра!

Детей наших режут и кровь пьют мисками,
барщины хотят для нас от батюшки-царя…
— Бей
жидов и сицилистов!
— Ур-ра!

Вот что сказал мне на днях пристав:
«Бейте их во славу бога и царя!»
— Бей
жидов и сицилистов!
— Ур-ра!

*
Так начинается погром,
и разбивает окна лом,
зажмуривает ставни дом
и всё дрожит внутри.
И стены — груды кирпича,
и в мягких солнечных лучах
смешался с пением ручья
кровавый смертный хрип.

Так начинается погром…
И пух от вспоротых перин,
и перед смертью видит сын,
как убивают мать ножом, —
и всё во мраке смоляном.

Так начинается погром —
там хруст и треск, там хрип и храп,
там душат горло клещи лап,
на мертвеца мертвец там лёг,
на стоне застывает стон —
звучит в веках немой упрёк.

                    *
И когда
          каждый встречный
                    травит тебя и бьёт,
Насилует дочерей твоих,
                              убивает
                                        сыновей твоих,
Тогда отчизна
          отчизной быть перестаёт,
И плывут перед глазами круги —
                              светлые, светлые…

А когда
          гонят тебя —
                    стонать начинай?
Если в работе отказано —
                              лебеду вари?
Да пусть трижды провалится проклятая
                                                            та страна!
Пусть для других
          будет любящей отчизной эта страна!
Пусть огонь её испепелит!
          Придёт пусть чёрная немочь!
И две новые грации
                    вводятся в словари:
«Имми»
          и «Эми»…

Мойше Кульбак “Звёздочка”, перевод с идиша:

Звёздочка-звёздочка, синий дружок,
Будь мне гонцом, прилети в городок:

Улочка будет, овражек и холмик -
Там покосившийся бедный мой домик,

Там одиноко сидит у окна
Плачет-тревожится ночью жена.

Ты посвети ей, ну лучиком хоть,
Ты ей скажи: милосерден Господь.

Как наши Янкеле, Леечка, Рива?
Так я письма от них жду терпеливо,

Даже короткой я весточке рад!
Янкеле в хедер отдать бы пора:

Кадиш* пусть учит, пусть будет усерден…
Может… кто знает… Господь милосерден…

-
*Поминальный кадиш - молитва - читается в память о покойном родителе.

Тодар Кляшторны “Первые заморозки”, перевод с белорусского:

Мёрзлый месяц — смотри! — васильками
Пересыпал озёрную синь.
Стынет всё…
Ледяными серпами
Вышла осень рябину косить.

Толпы звёзд — жемчугов переливом
Размотали в полях повода.
Словно кони со взмыленной гривой,
Здесь застыли сады у пруда.

Кто-то там, на бескрайнем приволье,
Где пылают межи серебром,
Вдруг запел про широкое поле,
Засвистал ледяным соловьём…

Как свободно душе на просторе,
Как же хочется вечно любить,
И в небесном сияющем море
Рыбок-звёзд серебристых ловить.