Сейчас мы с Leah Borovoi делаем один поэтически-художественный проект. В рамках его я, в частности, кое-что перевожу на английский. Но поскольку английский мне не то что не родной, но даже не двоюродный, в качестве своего перевода я, гм, не всегда уверена (и потом по этому поводу буду искать добровольцев с более родным на почитать и чего сказать :) ).

Это преамбула. Теперь амбула. Делюсь я своей неуверенностью с Ликой. Она интереса ради засовывает одно из стихотворений в chatGPT - а оно не засовывается. Вот категорически. Отказывается монохром… цифровой друг читать текст. Ибо, говорит, насилие над детьми, неэтично сие.

Ну то есть да, конечно, не без того. Но ачивка “смутить ИИ-шечку стихами” - done!

Вот, собственно, о чём речь:

В шумерской школе

Если станет невмоготу - отвлекись, почитай на досуге, что ли,
Как учили - что там подальше? - допустим, в шумерской школе:
Как лупили ученика и сторож, и надзиратель,
Как учитель ломал таблички, просто порядка ради,
Как ходила палка над смуглыми спинами и плечами,
Как им доставалось за разговоры и за молчанье,
Как не встать, не повернуть головы, оставайся покорен, согнут,
Только слыша: “Рука твоя нехороша, к ученью ты неспособен”,
Ну а если всё вытерпел, до окончания школы дожил -
Ждёт награда послушного, станет писцом, почтенная должность,
И теперь пусть другие корчатся, той же им отмерено мерой…

Ты не можешь помнить этого - ведь оно о шумерах,
И не ты сжимался под взглядом сверху, одинокий и лишний,
И не ты распухшими пальцами переписывал вновь табличку,
И не ты губу до крови закусывал, слезам запрещая падать,
И не ты, захлёстнутый яростью, вставал - и переламывал палку.

–
English version:

In the Sumerian School

If it all feels too much - take a breath, take a pause, and read at leisure, why not,
About what happened - way back when? - in Sumerian schools, what they were taught:
How the guard and the overseer would beat all the student without hesitation;
How the teacher would break their clay tablets, not in rage, only for maintain regulation;
How the rod would fall on shoulders and backs: methodically, precisely, with ease;
How they suffered for their talking there, for their smiles and for silence, for failing to please.
No turning your head, and keeping head down - stay bowed, stay quiet, stay broken, stay stopped,
Only hearing: “Your hand is extremely poor, your mind is lazy, and bad and unopened.”
And if you endured it all, you survived, you made it through to the school’s cold ending -
Then reward awaited the obedient, the meek - and now a scribe’s revered standing.
And let others now wince beneath the rod – let the beatings resume their rhythmed score…

But you can’t remember: it was Sumer, some dusty alley of distant yore.
It wasn’t you who shrank beneath the gaze from above, slight, alone, erased,
It wasn’t you with swollen hands copying clay tablets in trembling haste,
And it wasn’t you biting lips till they bled, refusing bitter tears to fall,
And it wasn’t you, who stood up and broke the damned rod once and for all.

–
Українською:

У шумерській школі

Якщо раптом стане нестерпно - відволікайся, почитай на дозвіллі,
Як – що там подалі? - припустимо, у шумерській школі учили:
Як під палицею кланялися - і сторожу, і наглядачеві,
Як ламав таблички вчитель (бо іспит пройти – не з твоєю вдачею),
Як ходила палиця над смаглявими спинами та плечями,
Як їм діставалося за розмови та за мовчання,
Як не встати, не обернутися, залишайся зігнутий, підкорений,
Чуючи: “Рука твоя погана, для навчання ти взагалі не створений”;
А якщо все витерпів, та й дожив до закінчення школи -
Станеш писарем, і нехай тобі вже заздрять усі навколо,
Най вже інші корчаться, ніхто й уваги на це не звертатиме…

Це усе - про шумерів, і цього ти точно не пам’ятатимеш,
Бо ж не ти кулився під поглядом зверху, і самотній, і зайвий,
Бо ж не ти переписував знов табличку, піл-на-піл зі сльозами,
Бо ж не ти губу до крові закушував, сльозам забороняючи падати,
І не ти, захлеснутий лютістю, вставав – і переламував палицю.