Выход на некоторую новую этику после двух мировых войн и развала прежней этической системы в клочки по закоулочкам стал возможен потому, что люди - ан масс - ужаснулись произошедшему. Ну, достаточно ан масс, чтобы это сработало, 100% не будет нигде, разумеется. Потому что не ужаснуться при уровне рефлексии выше определённого было невозможно.

Пришёл лесник, то есть фашизм (с большим отрывом - именно немецкий национал-социализм, но не только, конечно), и стало понятно, что всё предыдущее наработанное как-то фигово годится для противостояния. Ну, сначала получили Аушвиц, потом поэзию после Аушвица, потом осмысление. Не сразу, конечно. Но для изрядной части земшарика на восемь десятков лет хватило.

Сейчас мы в похожем кризисе. Левые и правые партии, имеющие хоть какой-то успех, соревнуются, которая из них урод. И нависает исламизм с его не-левой-не-правой-хрен-знает-как-тебя-побороть базой.

А раз хрен знает - значит, возможны только реактивные действия поначалу. Сильно не сразу - проактивные. Ну, это если нам повезёт, а на небесах огненных букв гарантии что-то незаметно.

И - если нам повезёт! “Не повезёт” выглядит не так! - мы, кто выживет и сохранит себя, сможем ужаснуться и таки не только придумать новую этику, но и нацепить её на достаточно большое количество народа, чтобы сколько-то десятилетий - продержалось.