В школе я языки учила - и мне казалось

В школе я языки учила - и мне казалось,
что грамматика - это вроде куска зачерствевшего хлеба,
полагающегося ко вкусному стихотворному мясу:
надо есть, а то из-за стола не выйдешь.

Позже я узнала, что грамматика - вообще для другого:
на эти рвущие рот куски становиться надо,
правильно их располагая в пространстве, -
и тогда эта лестница (Андерсен, вон из класса!)
приведёт наверх, где мяса стихов, ну а также их пива
вволю - то есть столько, что на тысячу жизней хватит.

Опьяней. Наешься. Проспись. А потом спускайся -
время следующую лестницу строить.

В школе я языки учила - и мне казалось,
что орфография - это вроде “четыре клеточки отступили!”:
почему четыре, а не три и не восемь,
и вообще зачем на эту мертвечину тратить бумагу?
Я запоминала слово картинкой, как иероглиф.

Позже я узнала, насколько иероглиф лукавый,
и почувствовала, как кандзи изгибами обвивают горло:
в настоящих иероглифах с трудом нащупываю опору,
их глаза, ну то есть 目 (1), поглядывают ехидно,
и при том легко مفتاح замочную скважину ищет,
открывает двери (2), распахивает просторы,
где пустыни, и облака, и розы, и кровь, и море.

В школе я языки учила - и мне казалось,
что фонетика - это нечто вроде ёжика в горле:
вроде небольшой - но до чего ж неприятный!

Позже, как догадаться несложно, изрядно размножился ёжик.
Поголовье это - разных размеров, цветов, остроты иголок -
расселилось привольно в гортани и носоглотке.
И когда я приезжаю в чужие страны,
о фонетике - а не политике - говорят со мною таксисты.
Потому молчу, и впитываю музыку языка чужого,
и солёный привкус по рту, и ступень за ступенью.

*Примечания:

  1. Ну то есть глаза. Или глаз. Какое число? По контексту!
  2. Очевидно, что مفتاح - это ключ. А вот про то, как я это учила, процитирую отдельно - куском постинга от 26 ноября 2023 (то есть когда Дима только начал мне преподавать арабский):

“Итак, копаю я тут арабский. Есть задание, надо сделать перевод. Можно, конечно, за каждым словом в словарь лезть, но приятнее же соображать, исходя из уже полученных знаний.
Дана фраза “Аль-баабу мафтуухун”. “Бааб” - это дверь, это я уже знаю. “Мифтаах” - это ключ. Ну, учитывая, как в арабском бегают гласные, я спокойно перевожу: “Дверь закрыта”. “Только наоборот! - говорит Дима Аксельрод. - Но мысль верная, да. Ключ либо запирает, либо…”
И тут меня накрывает пониманием - с головой так, и ещё сверху припечатывает в темечко. Потому что это же вообще не про ошибку перевода. Это кусок базового отношения к миру. Ключ нужен для того, чтобы закрыться. Мир враждебен. И да, он активен, а человек в лучшем случае реактивен - ну, когда у него хватает ресурса закрыться. Ключом, на несколько оборотов, и шваброй ещё подпереть. Советское детство, калечащее на всю жизнь, привет компрачикосам. Даром что уже сколько лет живу в свободном мире, и всё это дерьмо совковое из себя выковыриваю по мелким кусочкам - как впившиеся металлические занозы, как застрявшие дробинки”. *