Не лякайтеся, це з архіву.
Сім років тому була кульмінація операції СБУ із “вбивством Бабченка”. Операція, яка була, на мою думку, спочатку блискуче виконана, а потім так само блискуче спущена в унітаз спільними зусиллями Банкової, керівництва СБУ та судової системи, через що ніхто з викритих агентів РФ відповідальності не поніс, а Аркадій із заживо врятованого об’єкту російського полювання перетворився на об’єкт абсолютно огидного цькування.
Але того вечора все це було ще попереду, а Аркадій був у морзі.
“Фейсбук Аркадий Бабченко теперь мемориальный. А еще вчера был живой.
Вчера вечером, когда прилетели первые сообщения, я “включился”. Чувств не было. Поехал в морг, полицейский патруль, ожидание спикеров от МВД (никто так и не приехал), вышел по телефону в эфир на АТР, прорвался с коллегами к дежурному по моргу, поговорили с медэкспертом. Все отдал в редакцию. Держался все время.
Потом на место убийства. Там меня пробило в первый раз, хотя в квартиру я не поднимался. Пробило меня от того, какое выражение лица было у Ayder İzzet-oğlu Muzhdabaev, - он сидел на асфальте возле подъезда и что-то говорил для нескольких стримеров. Я не слышал, я не хотел в эту воронку, еле удержался на краю. Вооруженный спецназ у входа в подъезд, блукающие туда и обратно следователи с архаичными бумажными файлами, на малюсеньком пятачке съемочные группы десяти телеканалов по очереди дают синхрон. Походили с коллегой по окрестностям, посмотрели, где есть камеры слежения. Друзья из медиа с уходящими под землю голосами. В фейсбуке фото Аркадия на окровавленном полу. Какое-то параллельное состояние сознания. Видел, как вышла из подъезда и уехала Оля. Я не помню, что я чувствовал.
В такси смотрел в телефон, но не помню, что там было. Кажется, редакционный чат.
Приехал домой, в темноте (жена уже спит) сел писать. Написал, опубликовал, умер на три часа.
По-настоящему накрыло только утром.
У Дрейера есть знаменитый эпизод в фильме - камера снимает из гроба сквозь крышку. Это я сейчас.”
30.05.2018